Wincent Dapooh, МЦ ЛУЧНИК, Anastasia Umlauff В тени кипарисов

Я из ковша, убежавшая каша, прилипшая к конфорке,
Ну давай, уёбок, расскажи, как будет покомфортней.
Стекаю слизью по плите, пиздец, как пахну вкусно.
От одной улыбке мне, весь мир походу ебанулся.
На этой кухоньке накуренной - утренник типа,
Чебурашкам тянут ушки взрослые под крокодилом.
Тут время зависло, я валяюсь, в тени кипарисов,
Старый пироман, игриво, сунул хер в канистру,
Полную бензина и горит, как сердце паладина.
Да, вся жизнь игра, но из геймпадов лишь хуй, да вагина.
Сколько монет в автомат мы засунем? И сколько на это время потратим?
Я хотел быть полезным и важным, и стал тамадой на кинки пати,
Да, не хватило на яхту и катер, пускаю бумажный кораблик по луже,
Но если честно, мне так побивать. Пока есть на то, чтобы попить и покушать,
Играю с кишками детишки, используя в роли скакалки,
Пока их плюшевый мишка, червей, доедает на свалке.


Тут словно встало время, и люди стали теми.
Кто так слепо верит в силу фатализма!
Пролетят недели за час сновидении.
Согреют труп метели, в тени кипарисов.
Тут словно встало время, и люди стали теми.
Кто так слепо верит в силу фатализма!
Пролетят недели за час сновидении.
Согреют труп метели, в тени кипарисов.


Гнилые органы друзей, музей пропитых почек.
"Пидорасина" кричит Гузеева противно очень.
В целом похуй. Еби гусей, аплодируем кончив.
Колизей закрыт, онанируем молча.
Газировка Колокольчик, спирт у бабки за тридцатку,
Сезон окончен. Прости, вокруг пустые банки
Завтра уберу, а может нахуй всё пошло и так пиздато.
Среди тошнот пробираемся сапом
Тихим. Океаном, выпитого - загадочный берег.
Выплыли к нему на корабле из закладочных денег.
Выкали мне яблоки гласные, а вы пойте Яблочко.
Я провалился в её щёчечные ямочки.
Напился до чёртиков. Прячьте колющие, режущие.
Большая русская белка - это боль в накидке из ветоши.
Кальян залитый из бутылок Важилинка
Мы куярим по полям тупые бибы, из ширинки вывалилась на хуй.
Заебался убирать обратно. Позвоните в аварийку, вызывайте экскаватор.
Я эксноватор, посттиктокер и метостендапер.
Если пиздовать всё время прямо, то придёте нахер.
Каждый день превратился в понедельники Бориса.
Шпоры на ноге, их не пробьют даже стрелы Парисса.
Присел покакать тихо, где-то в кипарисах.
В колесе сансары, чёрт он поднялся и время зависло.


Тут словно встало время, и люди стали теми.
Кто так слепо верит в силу фатализма!
Пролетят недели за час сновидении.
Согреют труп метели, в тени кипарисов.
Тут словно встало время, и люди стали теми.
Кто так слепо верит в силу фатализма!
Пролетят недели за час сновидении.
Согреют труп метели, в тени кипарисов.