Текст песни
Февраль, холодные ноги, Франция, Ницца.
Пишу по-английски дневник, но по-русски хочу изъясниться.
Ладони иссохли и мокнут одновременно.
Но капли не капают громко, они поглотимы вселенной.
Я чувствую мир, что не вижу в очках фиолетовых,
Когда, устремившись вперед, я на жизнь свою яркую сетую.
Мне не следует говорить о своем состоянии -
Город требует постоянного солнцестояния,
Постоянного.
А мурашки пронзают мой нерв хоть и реже,
В сердце стяжки раскрывают дорогу последней надежде,
Что ютится давно на задворках рассудка,
Что таится в ядре головы промежутка.
И так жутко, что я все боюсь своих страхов,
Ведь не шутка, что образ в глазах одинаков.
Сизой птахой улетело давно то, что сильно
Так будило меня, как проклятый будильник,
Как насильник, что гонится в темном квартале,
Как рубильник, который чинить перестали…
Кем мы стали? Двойные стандарты торопят,
Пополняя наш мир без особых утопий,
Они в топе! Они правят и сеют рожь лживую.
Как бы только не стала для кого-то наживою
Та решимая и заедливая суета.
Моя ложь не так лжива и не так уж проста.
Да, с моста не лететь мне под искры салюта,
Да, не пробовать травленного мною блюда,
Я – зануда, этой строчкой тебя пилю я,
Но сейчас то – единственная пилюля,
Что люблю я, что миром своим называю,
Когда строки веду на кровати, зевая.
Заспыаешь? Погоди, еще рано,
У меня не затянута рваная рана
От тирана, который душил без перчаток,
На душе отложив свой гнилой отпечаток.
Тот зачаток на мне отразился сначала
Сильно так, что не видела путь из печали.
Все, умчали, казалось, любые события,
Что оставили красные тряпки и нити.
Извините, мне пора посмотреть в потолок,
Вы поймите, мне нужен лишь свой уголок!
На курок нажимать не хватает воли,
Но хватает желания жить через боль,
Она колет и колет меня прямо в шрамы.
И вот снова ступни у оконной у рамы
С панорамой на город, на кусочек реальный –
На лазурную воду и рядом с ней пальмы.
Кем же стали мы? Мой ответ слишком робок.
Я – заложник тюрьмы из руинных коробок.
