Текст песни
Не угнаться и драматургу
За тем, что выдумывает жизнь сама
Бродила собака по Петербургу
И внезапно сошла с ума
Долго выла в своей коммуналке
Ей противно, что пол нечист
Не убирают - часть в катафалке
А остальных забрал чекист
Ей бы похавать чего-нибудь, знаете
Но не из этой общей кормушки
Во-первых сильно воняют те
Кто хоть однажды вкусил эти плюшки
А во вторых - там такая компания
Честному псу среди них нету места
Они только жруют, жуют и глотают
Но всё никак не могут наесться
Скалится офицер, машет рукой
Кости собаке бросает на пол
Эй подойди, не боись, дорогой
Я здесь с тобой, чтоб ты больше не плакал
Но псина не зря не верит чекисту
Знает породу, давно живёт
Беги от чекиста на пушечный выстрел
Не то посадит, не то
Тянут на дно ушедшие дни
Память стянула до хруста всё тело
Но было бы глупо последнюю жизнь
Отдать тем, кому до неё нету дела
Беженства всем известна картина
Было опасностей без числа
Впрочем, собака и до Берлина
Благополучно добрела
Здесь останусь, — решила псина
Будет вдоволь мягких помой
Народ знакомый, родные лица
Вот Есенин, а вот Толстой
В пути было худо, круты дороги
На месте найти еще нужно приют
Трясутся от холода дохлые ноги
Стоил того этот сложный маршут
И вот таких здесь у каждого бара
Толпятся бродяги, но им не в укор
Конечно, позорна собака, однако
Это еще невинный позор
Хуже когда снизу взгляд перекошенный
Уши прижаты и хвост к животу
Перед людьми, живущими прошлым
Что за команды швыряют еду
И лучше не есть никогда вообще
Обрекая себя сдохнуть с голоду
Чем свежее мясо отрывать от костей
Замученных утром любимым полковником
Тянут на дно ушедшие дни
Память стянула до хруста всё тело
Но было бы глупо последнюю жизнь
Отдать тем, кому до неё нету дела
Самолеты летят, плывут корабли
Путь начинается с первого шага
Но было бы глупо последнюю жизнь
Отдать в руки тех, для кого ты
Всего лишь собака
