tokyoto, Война Clamp

Твои пальцы - это хомут.
В твоих венах ныне слеза.
Я за дело в пару минут.
До того, как грянет гроза.

Небо не стой на коленях.
Мы прожигаем сцепленье.
Полеты в другом измерение.
Тепло на заводах котельной.
Ты, теперь скажи к чему эти слова?
В этих пробелах разделил и умножил на два.
Я измеряю килогерцы твоего звонка.
А ты, Каори, прячешь neko от когтистых лап.
Небеса не запомнят.
И твой акцент преисподней,
Всецело ныне побочный мир.
Цепляя лапами столик,
Валился на пол и толи
Теперь тебя я достоин.
Я не потрачу это всё в пустую.
Две единицы на нуле, я ставлю запятую.
Теперь скажи, что я кааса, а не касагомэ.
Я куаморэ, я цукини, я атосорнамэ.

Твои пальцы - это хомут.
В твоих венах ныне слеза.
Я за дело в пару минут.
До того, как грянет гроза.

Моё оби на твоем юката.
Ты танцевала на углях, а я к запястьям жался.
По кружкам самурайский чай. Бармен, давай еще жги!
Ведь в закольцованной душе я одинокий пилигрим.
В бутылке коньяка, черника как паксил.
На перламутровом шатре горит мой ориентир.
И над течением Гольфстрим мой Керриган весит.
Вся жизнь в одиннадцать минут, от комы до вершин.
И моя дурость в обойме.
На поле боя напой мне.
Одной ногой на галерке,
Мой флеркин давит на ребра.
А ты хотела остаться,
Хотела вжаться в ладони,
Но цепи нет для Оками,
Я - одинокий Гранди.
И ты права, что все это в пустую,
Я ненавижу этот день, тебя лишь нарисую.
И мой цуруги поцелует снова твои руки,
Я останусь в каплях на твой белом кейкоги.

Твои пальцы - это хомут.
В твоих венах ныне слеза.
Я за дело в пару минут.
До того, как грянет гроза.