Текст песни
Мне в стотысячный раз надоели слова
и в стотысячный раз одолели, едва
я поднялся с постели.
За раскрытым окном чугунеет листва,
отсыпАющаяся за неделю.
Кто развесил наощупь листву за окном
и воздвиг этот дом, обреченный на слом,
и согнул мне, как Обод, хребЕт над столом
для свидетельства мощи и славы,
тот продел меня в труд и покинул меня
на подходе сырого просторного дня,
на окраине сверхдержавы.
Спит квартира. Душа разбухает в груди.
Я не вынес бы этой натуги один,
ибо подвиг равняется вздоху.
То ли в гуще корней вызревает азот,
то ли полюс магнитный, как муха, ползет,
по шажкУ за эпоху.
Свет меня огибает по рваной дуге,
папироса погасла, присохла к губе,
холодильник заходится в тряске.
И никак лихорадку не смелют в слова
полушария стылые, как жернова.
В коммунальном окошке недвижна листва,
современница критских династий.
Кто продел меня дратвой в одышливый труд,
не давая поблажки, неистов и крут,
и за глотку берет, как невидимый спрут,
без различия дня или ночи,
Тот меня, словно рупор, подносит к губам,
и невнятно орёт. И бросает. А там —
разбирайся, как хочешь.
За окошком листва. На дворе голоцен.
Кровь застыла в мозгу, как трамвай на кольце,
и сцепляются намертво звенья,
безвоздушную речь не по мерке надев,
прорастая сквозь плоть,
возникая нигде,
разбегаясь по времени,
как по воде,
чтобы рухнуть в забвенье.
(чтобы рухнуть в забвенье)
(чтобы рухнуть в забвенье)
